Он разговаривал с бесами «по душам». Памяти архим. Афиногена (Агапова)

24 июня – день памяти нашего современника, старца Псково-Печерского монастыря, архимандрита Афиногена (Агапова). О нем наш сегодняшний материал.

Свой рассказ о старце Афиногене (в миру Василий Агапов, 1881-1979) я бы хотел свести до минимума биографических подробностей, а больше коснуться духовного опыта старца. Его жизнь была похожа на судьбы многих исповедников, переживших красный террор и Великую Отечественную войну.

Родился отец Афиноген в 1881 году. С двенадцати лет он уже подвизался в монастыре. До Октябрьского переворота был пострижен в рясофор и мантию. С 1917 года – иеромонах. Далее его жизнь протекала в ужасающем, но вполне обычном для священников тех годов русле: тюрьмы, лагеря, ссылки. Отец Афиноген был угнан немцами в Германию, работал там батраком у одного фермера. В конце концов Промысел Божий привел его в Псково-Печерский монастырь, где старец и скончался.

Все, что пережил отец Афиноген до того, как попал в свое последнее земное пристанище, сделало из него духоносного старца. В лагерях по слабости здоровья, он не мог выполнять дневную норму работы, за что его часто лишали дневной пайки хлеба. Только благодать Господня сохранила старца от голодной смерти.

Всю жизнь находясь на волоске от гибели, отец Афиноген научился во всем полагаться на волю Божию. А еще такая жизнь научила его молитве. Еще до революции он полюбил всем сердцем умное делание. Иисусова молитва, а с нею и сам Господь, всегда жили в его сердце. Тело старца часто было в земном аду, душа же пребывала в раю небесном. Молитва дала ему силы выжить в нечеловеческих условиях на строительстве Беломор канала, в лагере смертников, в карцере, в тюремных камерах среди уголовников и блатной шпаны.

Псково-Печерский монастырь. Внутренний дворик. Довоенное фото. Фото: pechori.ru

В Псково-Печерский монастырь отец Афиноген пришел уже седовласым, смиренным, наделенным даром прозорливости, с чистой, как брильянт, душой старцем. Рассказов о его прозорливости сохранилось очень много, мы не будем на них заострять наше внимание.

Псково-Печерский старец, ныне преподобный Симеон (Желнин), духом сразу понял, что за человек этот отец Афиноген. Поэтому он сделал его своим преемником. Сам отец Симеон был уже в преклонных летах, и его земная жизнь клонилась к закату. Поэтому на плечи отца Афиногена легли две самые большие ноши отца Симеона – духовничество и изгнание бесов из одержимых ими людей. И то, и другое требовало максимальной отдачи духовных и телесных сил.

«Я чувствовал, что Господь во мне и я в Нем… Душа тянется к Господу. Спишь телом, а сердце молится. Тогда тебе уже ничего не нужно».

Старец Симеон не ошибся в выборе приемника. Бесы отца Афиногена и вправду очень боялись. Они не могли найти в нем ни одного пятна, за которое им можно было бы зацепиться, чтобы начать против него невидимую брань. Да и старец уже ничего в этом мире не боялся, кроме греха.

О своей прошлой лагерной жизни отец Афиноген вспоминал: «Я чувствовал, что Господь во мне и я в Нем… Душа тянется к Господу. Спишь телом, а сердце молится. Тогда тебе уже ничего не нужно». При всех богатых духовных дарах старец обладал удивительным смирением.

Как-то его спросили по поводу язв на ногах, которые отца Афиногена сильно мучили:

– Вы, батюшка, верно, очень от них страдаете?

Он ответил:

– Я страдаю за грехи поповы, за то, что нынче мы, попы, бестолковы.

Псково-Печерский монастырь. Монахи за работой. Довоенное фото. Фото: pechori.ru

Старца ничего не могло вывести из духовного равновесия. Даже тогда, когда к нему «в гости» приходили бесы, он оставался невозмутимым. Таких случаев было у старца множество, но рассказывал он своим духовным чадам лишь о некоторых из них.

Так однажды к отцу Афиногену в келью пришел бес поговорить «по душам».

– Афиноген! Я пришел к тебе с вопросом. Ответишь мне? – спросил нечистый дух.

– Какой вопрос? – в ответ спросил старец.

– Если бес покается, простит его Бог или нет?

– А ты разве не помнишь, что ответил на этот вопрос Господь Антонию Великому, когда бес задал старцу этот же вопрос?

– Нет, не помню – я там не был, там был другой.

– После того, как бес спросил Антония, тот три дня и три ночи молился Богу, чтобы Он ответил, есть покаяние для бесов или нет. И Бог ему сказал. Я знаю, что бес каяться не будет. Но чтобы он не имел оправдания на Суде, скажи ему, пусть встанет лицом к востоку и, стоя на одной ноге, непрестанно говорит: Боже милостивый! Прости мне древнюю злобу. Пусть так стоит и молится три года, и Я его прощу.

– Ой, я так не могу, – сказал бес унылым голосом и скрылся от старца.

Псково-Печерский монастырь. Святая горка. Довоенное фото. Фото: pechori.ru

Другой раз, когда отец Афиноген изгнал беса из восемнадцатилетней девицы, злой дух сразу не ушел, а уселся к старцу на кровать, чтобы поговорить. Монах его спрашивает:

– Ну что ты уселся и не уходишь?

– Отец Афиноген, ты знаешь кто я? Я бывший архангел. У нас на Земле множество слуг и все они работают на нас.

– Не все, есть и верующие рабы Божии, – ответил старец.

– Но это маленькая кучка, а то все наши.

Немного помолчав, бес продолжил:

– Знаешь, отец, ведь скоро конец этому свету.

– Вот тогда вам попадет, – ответил старец.

– Мы это знаем, но зато теперь – наша воля, – сказал бес и исчез.

Это был 1975 год…

Псково-Печерский монастырь. Вид со смотровой площадки. Довоенное фото. Фото: pechori.ru

Во время исповеди отец Афиноген требовал, чтобы люди, прежде всего, осознали два своих великих греха и каялись в них. Первый – это неблагодарность Богу за все, что Он дает нам, а второй – отсутствие истинного страха Божия и благоговения перед Ним. А уже потом нужно было рассказывать старцу о других грехах, которые, по сути, проистекают из этих двух.

Кающихся старец учил: «Ты живи проще – как малое дитя. Господь такой любвеобильный, что ты и представить себе не можешь. Хотя мы и грешные, все равно иди к Господу и проси прощения. Только не унывай – будь как ребенок, который хотя и разбил самый дорогой сосуд, все равно с плачем идет к отцу, а отец, видя свое дитя плачущее, забывает тот дорогой сосуд. Он берет ребенка на руки, целует, прижимает к себе и сам же уговаривает, чтобы тот не плакал. Так и Господь, хотя и видит совершенные нами грехи, все равно любит нас, ожидая, когда мы к Нему придем с покаянием».

Отец Афиноген также наставлял: «До сорока лет можно и от себя чего прибавить в разговоре, если что хорошее, а после сорока надо больше молчать…»

*   *   *

Прожил старец без малого сто лет. «Во мне уже нет ничего живого, только дух», – говорил он в конце жизни. Перед смертью архимандрит Афиноген ежедневно причащался святых Христовых Таин. Две недели он лежал с очень высокой температурой, его тело было покрыто экземами. Духом старец уже был на небе. Он видел почившего старца Симеона, беседовал с ним.

Почил отец Афиноген с радостной улыбкой на устах. Когда его тело несли на монастырское кладбище, духовная дочь старца мысленно про себя закричала: «Батюшка, батюшка, куда же ты?» И внутри себя услышала голос старца: «Ты – что? Это тело понесли, я – жив».

Упокой, Господи, душу раба твоего архимандрита Афиногена и его святыми молитвами помилуй нас грешных.

Источник

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий